Дек 182012
 

Добрый день уважаемые посетители блога рассказывающего о том, Как Выучить Английский Язык, сегодня в рубрике «Мои переводы» я привожу небольшую выдержку из автобиографии знаментого шведского футболиста Златана Ибрагимовича. Книга «Я — Златан» / I AM ZLATAN, надо сказать, получилась весьма и весьма недурной — в большей степени из-за того, что журналисты помогавшие Златану писать книгу, позволили ему излагать мысли собственным языком — в ней найдет много интересного для себя каждый любитель «ногамяча», вне зависимости от того симпатичен ему футбольный талант Ибры или нет. Биография первоначально была издана на шведском, а через небольшой промежуток времени — на английском языке; увы на русском книга так пока и не издана. В заметке присутствует перевод нескольких абзацев Главы 20 и полный перевод Главы 21. Перевод осуществлен с англоязычной неофициальной (читай — фанской) версии автобиографии футболиста, переведенной с оригинала несколькими тифози «Россонери». В этой части книги, Ибрагимович описывает свое знакомство с другой не менее одиозной футбольной персоной, Жозе Моуринью.

Глава 20

В следующей игре против России (Евро 2008) мы проиграли, я испытывал всевозрастающую боль. К тому же у меня было такое чувство, что мы проиграли россиянам во всех аспектах игры. Итак, мы вылетели с Евро и были чертовски разочарованы. Все так хорошо начиналось, однако закончилось все, увы, ничем. Это было ужасно. Но нет худа без добра. За мгновение до начала Евро я узнал, что наш наставник в клубе, Роберто Манчини, был уволен из Интера (Милан).

Его должен был заменить парень по имени Жозе Моуринью. Я с ним еще никогда не пересекался. Однако ему уже удалось удивить меня. Он притянул меня к себе, еще до того, как мы встретились вживую. В последствии Моуринью станет для меня тем парнем за которого я буду готов отдать свою жизнь.

Златан в Росенгарде

Златан раздает автографы на «Площадке Златана» в Росенгарде, Швеция.

Глава 21
Мне до сих пор было мало что известно о нем. Однако уже в то время он был “Особенным” (анг. The Special One — прозвище Моуринью полученное им в Англии) и я был достаточно много наслышан о нем. Его все считали наглым; на его пресс-конференции ходили, как на шоу, так как он предпочитал говорить то, что чувсвует. Но мне действительно было мало известно о нем и я думал: он, вероятно, похож на Капелло — такой же лидер со стальным характером — что импанировало мне. Однако я ошибался. Частично ошибался. Моуринью — португалец, ему нравится находиться в центре внимания. Он манипулирует игроками, как никто другой.

Этот парень научился многому в период своей работы с Бобби Робсоном, бывшим тренером национальной сборной Англии по футболу. В то время Робсон тренировал португальский Спортинг и нуждался в переводчике, коим суждено было стать Жозе Моуринью. Молодой Моуринью был хорош в знании языков, однако вскоре английский специалист понял, что этот парень также хорош и в других аспектах. Он схватывал все на лету и с ним было легко обмениваться идеями. И в один прекрасный день Робсон попросил его подготовить отчет по одной из команд-соперниц. Я не имею ни малейшего представления о том, что ожидал от него Робсон. Ведь, что может знать переводчик? Но анализ Моуринью оказался выше всяких похвал.

Робсон был просто поражен: ему попался парень, который никогда до этого не играл в футбол на высоком уровне, но который смог предоставить ему лучший материал, когда-либо попадавший к нему в руки. Как буд-то бы он понял: “Эй, да я ведь недооценивал этого переводчика!” Когда Бобби Робсон сменил клуб, он забрал с собой молодого Моуринью, который старался учиться всему и вся каждую секунду; причем это касалось не только тактики, но и психологии. Моуринью раньше часто повторял: “Когда твоя команда побеждает ты — часть этой победы. Однако, когда она проигрывает ты — мешок с дерьмом.”

И вот, в 2002 году Моуринью стал самостоятельным тренером — он принял клуб “Порто”. В то время молодого специалиста, по большому счету, никто не знал. Для многих он все еще был обычным переводчиком. Тогда как “Порту” был одним из самых популярных клубов у себя на родине.

Но давайте смотреть правде в глаза: “Порту” не был великим клубом. Команда закончила предыдущий сезон в середине турнирной таблицы. Да и что такое Португальская лига? Сравнений напрашивается не так уж и много. Никто не ставил на “Порту” в еврокубках — в особенности в Лиге Чемпионов. Но Моуринью пришел в клуб с чем-то реально новым: доскональное изучение всех деталей команды соперника. В то время он много говорил о передвижениях на футбольном поле, когда атакующая команда должна уметь за максимально короткий промежуток времени уметь быстро перегруппировываться из атаки в защиту.

Это очень важные секунды. В подобных ситуациях один единственный незапланированный маневр, одна единственная тактическая ошибка, могут привести к катастрофе, и Моуринью изучал эти аспекты доскональней любого другого в футболе, и заставлял своих игроков думать аналитически и быстро. “Порту” стал мастером в этих аспектах. Команде удалось победить не только во внутреннем чемпионате, но добиться победы в финале ЛЧ, где походу турнира португальцы встречались с “М.Ю.” и “Реалом” из Мадрида. Командами, где один единственный игрок мог зарабатывать больше чем вся команда “Порту” вместе взятая. Но это не помешало Моуринью и его подопечным победить в ЛЧ.

Эта победа имела эффект “Большого взырва”: Моуринью стал самым желанным тренером в мире. Шел 2004-й год. Роман Абрамович, российский миллиардер, только приобрел “Челси” и начал вкладывать в клуб собственные деньги. Первым и самым значимым приобритением россиянина стал Моуринью. Но как выдумаете, Моуринью приняли в Англии? В конце-концов он был иностранцем. Португальцем. Ему задавали много всяких вопросов снобы и журналисты, и на одной из пресс-конференций Моуринью выпалил:

“Я не какой-то там парень появившийся из ниоткуда. Я выиграл Лигу Чемпионов вместе с “Порту”. Я особенный. Я самый особеный.” (В оригинале Моуринью сказал следующее: «Please don’t call me arrogant, but I’m European champion and I think I’m a special one,») И это выражение пристало к нему.

С этого времени Моуринью стал в английских медиа ни кем иным, как The Special One. Но мне кажется, что, по крайней мере, вначале его так называли не только чтобы поддеть, но и выразить свое уважение. Этот парень раздражал людей не потому, что он выглядел как кинозвезда. Моуринью говорил провокационные вещи. Он знал себе цену и иногда мог яростно отстаивать свою точку зрения. Когда он увидел, что Арсен Венгер из лондонского “Арсенала” копирует игру его “Челси” он назвал француза “одним из тех парней, которые держат у себя дома бинокль и любят заглядывать в окна других семей.” Вокруг Моуринью всегда происходили какие-то скандалы.

Однако португалец не только много говорил . Когда он пришел в “Челси” этот клуб не выигрывал Премьер лигу на протяжении последних 50-ти лет. С Моуринью клуб выиграл национальный чемпионат два года подряд. Моуринью был The Special One и сейчас он ехал к нам, и со всей его тогдашней репутацией я ждал жестких указаний с первых же минут. Я тогда был в расположении национальной сборной и кто-то мне сказал, что Моуринью хочет мне позвонить. Я подумал: “Что-то случилось?” Но он просто хотел поговорить. Сказать, что будет очень весело работать вместе, что он с нетерпением ждет встречи со мной, ничего особенного, по крайней мере тогда, но он разговаривал со мной на итальянском, чего я поначалу не понял. Моуринью никогда до этого не тренировал итальянский клуб. Однако это не мешало ему разговаривать на итальянском лучше меня. Он выучил этот язык за очень короткий срок — что-то около 3-х недель — и я не мог его понять вообще. Поэтому мы перешли на английский язык, и уже тогда я почувствовал — он переживает. Он спрашивал разные вопросы, и после игры против Испании я получил от него смс-сообщение.

Я всегда получаю много смс-сообщений. Однако эта смска была от Моуринью. “Хорошо сыграл“, — написал он мне, после чего дал мне несколько советов, и я уверяю вас, я подпрыгнул. Мне никогда до этого не доводилось встречаться с таким. Смс-ка от тренера! Я к тому, что я выступал за сборную, эта игра его не касалась. Но он переживал, и я написал ему, и получил в ответ новые сообщения. Это было что-то с чем-то, Моуринью наблюдает за мной. Этот парень может и не быть столь жестким и непоколебимым в конце концов.

Но в то же время, я понял: он имел цель отсылая свои сообщения. Он хотел подбодрить меня. Создать лояльное отношение. Я полюбил его мгновенно. Мы подружились. Мы понимали друг друга, и я ощутил сразу: этот парень работает очень много. Он работает в двое больше, чем кто-либо еще. Смотрит футбол весь день и всю ночь и составляет на основе этого отчеты. Никогда не доводилось встречать тренера с таким огромным багажом информации относительно команды-соперницы. Это не что-то обыденное, на манер “они играют так-то и так-то; у них тактика такая и такая; следи за этим футболистом”. У него было все, каждая маленькая деталь, вплоть до размера обуви третьего вратаря. Сразу складывалось впечатление: этот парень знает свое дело.

Но прошло некотрое время прежде чем мы повстречались вживую. Сначала было Евро, затем отпуск. Я не знал чего мне ожидать. Я видел много его фотографий. Он был элегантен, уверен в себе, но не смотря на это я был удивлен: у него был небольшой рост и плечи, плюс к этому на фоне других игроков он выглядел просто маленьким.

Но не смотря на это, его как бы окружало невидимое вибрационное поле. Он построил людей в шеренгу, причем это консулось и ребят, считавших себя «неприкасаемыми». Ростом ниже всех на голову, он стоял и не пытался подстроиться, вовсе не пытался. Он перешел сразу к делу и сказал очень холодно: “С этого момента, вы делаете все так-то и так-то. Вы поняли это!?” Они были напряжены, что могли уловить даже тень его слов. Нет они конечно не были напуганы им. В конце концов, он — это не Капелло. Он установил связь между собой и игроками посредством смс-сообщений и электронных писем, его интересовало то как поживают наши жены и дети, да и к тому же он никогда не кричал. Люди понимали в любом случае, и каждый ощущал мгновенно: этот парень разбирается в своем деле. Он работал не покладая рук, чтобы подготовить нас. Он готовил нас к играм. Это было подобно театру, психологической игре. Он мог нам показывать видео, где мы играли плохо, и говорить: “Посмотри на это! Так плохо! Так безнадежно! Это не можешь быть ты. Это должно быть твой брат, плохая копия тебя”. И мы кивали головой, мы соглашались. Нам было стыдно.

“Я не хочу видеть тебя снова таким же сегодня!”, — продолжал он.

“Нет, нет, — думали мы, — такого более не повторится.”

“Выходи на поле подобно голодному льву или воину”, — неуспокаивался он. И мы кричали в ответ: “Без вариантов, ничего более нам не нужно для счастья.”

“В первой части дуэли вы должны быть такими, — продолжал он о предстоящей игре и бил своим кулаком в свою ладонь. — А во второй части дуэли…”

Он выкинул доску объявлений! Да так выкинул, что она вылетела из комнаты, адреналин вскипел в нас и мы вышли на поле подобно дикарям. Подобное происходило у нас постоянно, неожиданные вещи, которые подстегивали нас, и я чувствовал все больше и больше, что этот парень отдается полностью команде, поэтому мне хотелось отдать все что у меня было за него. Эта была его отличительная черта. Вы хотели убить за него. Однако это не были только пламенные речи. Этот парень мог опустить тебя всего парочкой слов, к примеру зайдя в раздевалку абсолютно спокойным и сказав: “Ты сегодня наработал на ноль, Златан, на ноль. Ты хуже куска дерьма.” И в такие моменты, я не кричал что-либо в ответ.

Я не защищал себя ни на йоту, но не потому что я был испуган или имел чрезмерное уважение к нему, а из-за того, что я понимал его правоту. Я не справился с задачей и для Моуринью не имеет никакого значения, каким ты был вчера или позавчера. Самым важным был день сегодняшний. Сейчас тебе говорили: “Убирайся отсюда, иди играть в футбол.”

Я помню игру против “Аталанты”. На следующий день я должен был получить награду лучшего иностранного игрока и лучшего игрока “Серии А”, но после первого тайма мы проигрывали 0:2 и я был на поле как будто невидимкой, в раздевалке ко мне подошел Моуринью.

— Ты завтра получаешь награды, да? — спросил он.
— Эммм, да, — ответил я.
— Знаешь, что тебе следует сказать, когда ты получишь эти награды?
— Нет, что?
— Тебе должно быть стыдно. Ты должен покраснеть. Тебе следует знать, что ты не наиграл даже на дерьмо. Игрок не должен получать приз, если он выглядит настолько беспомощным. Ты должен подарить свою награду своей маме или кому-нибудь другому, кто заслужил ее больше, — сказал он.
Тогда я почувствовал: “Я покажу ему, он увидит, что я достоин этих наград, просто подожди второго тайма. Без разницы если я начну отхаркивать кровью, я покажу ему, я буду доминировать на поле снова.”

Подобное повторялось постоянно. Он то накачивал меня, то сдувал меня. Он был мастером в манипулировании командой, и меня тогда по-настоящему беспокоила только одна вещь — выражение его лица во время нашей игры. Не имело значения, что я делал или какие голы я забивал, у него всегда был на лице застывший, холодный взгляд. Никаких тебе улыбок или жестов — вообще ничего. Как будто ничего и не происходило вовсе, как будто это была вялая игра в середине поля, но тогда я был в самой лучшей своей форме. У меня получались великолепные трюки, однако на Моуринью это не производило ровным счетом никакого впечатления.

К примеру, мы играли против “Болоньи”, и на 24 минуте Адриано, бразилец, пофинтил на левом фланге и сделал острую передачу низом в штрафную. Прострел получился сильным и не особо удобным: мяч летел слишком низко, чтобы ударить головой и слишком высоко для удара с лета. К тому же меня хорошо прижали в районе штрафной зоны. Однако я сделал один шаг вперед и ударил пяткой. Это выглядело подобно удару каратиста, просто бац, и прямиком в сетку. Это было безумие. Позднее этот гол признают голом года. Толпа взревела от сумасшествия, люди повскакивали, стали кричать и аплодировать, все, даже Моратти сидевший на своем почетном месте.

Но Моуринью, что же сделал он? Он стоял там в своем костюме, руки в карманах с каменным выражением лица. “Что за черт творится с этим человеком?” — подумал тогда я. Если его не трогают подобного рода вещи, что его может тронуть тогда вообще?

Я решил поговорить об этом с Руи Фариа (Rui Faria). Руи Фария также португалец. Он тренер по физподготовке и правая рука Моуринью. Эта парочка следуют друг за другом из клуба в клуб и знают друг друга очень, очень хорошо. “Объясни мне одну вещь”, — сказал я ему.

— Да, хорошо.
— Я забивал голы в этом сезоне, которые по-честному даже я сам не могу понять как получались. Я не думаю, что Моуринью доводилось видеть что-то подобное до этого. Но не смотря на это, он просто стоял как статуя.
— Относись к этому проще мальчуган, — сказал Руи, — Он такой. Он не реагирует на вещи точно также, как все остальные.

“Может и нет”, — подумал я. Но все же… Я приложу максимум усилий, чтобы зажечь искорку жизни в нем, даже если мне придется сделать чудо. Одним или другим способом я заставлю этого человека радоваться.

  One Response to “Я — Златан Ибрагимович. Учим Английский Язык. Книга. Биография.”

  1. this article is really interesting! where did you find it? share the link please.

 Leave a Reply

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

(required)

(required)